Когда он шел по улице, заметил, что деревья стремительно теряют листья, а над головой громоздятся тучи, отчего появилось желание поднять воротник пальто повыше и спрятать руки в теплые карманы... Осень.

Он давно уже вышел из того возраста, в котором любил поджигать палую листву, но еще не превратился в старичка, собирающего красно-рыжие осенние букеты. Слякотное время года по большому счету не тревожило и не радовало его.
С этими мыслями он - Петр Иванович, обычный служащий, любитель шахмат, холостяк, - неспеша шел домой. Вдруг перед глазами все помутнело, он моргнул, потрогал веки пальцами и, кажется, странное недомогание исчезло. Через пару шагов Петр Иванович почувствовал, как в голове, в верхней ее части, стремительно разрастается пульсирующий тугой комок, и как этот комок невыносимо давит изнутри на стенки черепа. Петр Иванович старался изо всех сил не подавать виду и идти домой все также размеренно и обыкновенно. Только поглядывал сквозь боль на небо - там ворочались неподъемные тучи, черные, сытые. Ему казалось, что кусок такой тучи засел в его голове и тянется к собратьям. Петр Иванович тут же прогнал глупую мысль - нет внутри него никаких туч. Да и не братья они друг с другом. И вообще...

Не до конца обличив предательскую мысль, он остановился, как вкопанный - тугой ком в голове начал раскрываться, как вилок капусты, только горздо быстрее. Петр Иваныч было вскинул руки к вискам, но не успел - повалился навзничь прямо под ноги случайному прохожему.

Пока он падал, время тянулось очень медленно - будто лекарство из капельницы. Он видел плавно взлетающие линии домов и машин, приближающиеся прямоугольники брусчатки (он даже заметил пару крохотных трещин на ней), чувствовал, как свободно парят его руки, и как на лицо, и на ладони, и на брусчатку в невероятной тишине падают первые капли дождя. Прохожий оказался человеком сочувствующим. Он сразу же бросился помочь приличному мужчине в сером пальто. Только понятие не имел, что нужно делать, поэтому для начала решил заглянуть Петру Ивановичу в широко открытые глаза. В глазах что-то кружилось на манер падающих с деревьев листьев, скручивалось в воронку, а происходило все это глубоко-глубоко, будто под стеклом.

Сам Петр Иванович не видел, что над ним кто-то склонился. Он видел только картину внутри своей головы - по круглой цирковой арене, высоко вскидывая ноги, скакала лошадь, подгоняемая ударами хлыста. И хлыст ослепительно щелкал все чаще, лошадь бежала быстрее, а хлыст еще чаще, лошадь быстрее, хлыст чаще... Петр Иванович не выдержал и очнулся.

-Слава Богу, вы живы! - воскликнул прохожий. -Вы в порядке?

-Да, да. Все хорошо, - беспрестанно бормотал Петр Иванович, поднимаясь, отряхиваясь, поправляя воротник пальто. - Все хорошо.

Прохожий пожал плечами, глядя вслед удаляющейся неровными шагами фигуре, и побежал дальше по своим делам.
Моросил дождь.

Дома Петр Иванович первым делом открыл аптечку - голова болела, еще мерещились щелчки хлыста. В аптечке нашлась целая пачка обезболивающего. Петр Иванович улыбнулся, наливая воду в стакан, с наслаждением проглотил таблетку и лег на диван, с которого было удобно смотреть в окно. Ждать.
Сначала было нормально - он думал, что таблетки еще не растворились внутри и нужно потерпеть. Смотрел на капли дождя на стекле, думал про осень. Через час он раздраженно встал с дивана и выпил еще таблетку. Но и эта таблетка не помогла.

Петр Иванович чуть не заплакал.


Осень выдалась дождливой. Иногда моросило по несколько дней без перерыва. В такие дни Петр Иванович мучился мигренью, лежал в темной комнате и старался ни о чем не думать. Он был у врача. Врач сказал, что это из-за погоды и дал рецепт.

Таблетки были очень дорогими м снимали боль на час-полтора, после чего она становилась еще сильнее. Другой врач и вовсе сказал, что бессилен. Петр Иванович разочаровался в медицине и отчаялся.

Он стал чувствовать надвигающееся ненастье заранее - мутнело в глазах и покалывало в затылке. Все чаще стал заходить сосед-рыбак и неизменно посередине партии в шахматы спрашивать:

-Ну что, Петя, как завтра погода? Я новый спининг купил, пошли со мной?

Петр Иванович в такие моменты внутренне морщился, но виду не подавал, всегда говорил, какая будет погода и даже думал податься в синоптики. Но иногда все же с удовольствием сидел с соседом на берегу речушки и следил за поплавком.

Настала зима и боль отправилась в спячку. Только перед сильными снегопадами она жужжала, как комарик в ночной комнате, но это совсем не беспокоило Петра Ивановича. За зиму он снова стал благодушным и почти забыл какой тяжелой была осень.

Потом настала весна, за ней лето, а к осени Петр Иванович снова погрузился в хандру. Так прошло несколько лет.

Однажды он лежал в ванне, пытаясь унять боль. Ему чудилось, что в голове ледяная пещера полная сталактитов и они один за другим с тонким звоном падают на дно. Дзинь!

Петр Иванович совершенно не знал, что с этим делать, но твердо решил избавиться он своего недуга.

Вечером он по обыкновению не мог уснуть из-за звона в голове, который стал оглушительным. Забывшись к утру, он увидел сон - верблюдов, миражи, оазисы, барханы.

Петр Иванович проснулся и стал собирать вещи. Он наконец-то придумал, как обмануть дождь.